Артем Патрин: Зачастую нелегальная свалка из Советского района просто аккуратно перевозится в Нижегородский

Артем Патрин: Зачастую нелегальная свалка из Советского района просто аккуратно перевозится в Нижегородский

Артем Патрин: Зачастую нелегальная свалка из Советского района просто аккуратно перевозится в Нижегородский
Интервью

1 марта 2015, 23:06
Недолго осталось ждать, когда сойдет снег и муниципальные власти снова начнут подсчет бесчисленных несанкционированных свалок. И в городе, и в лесу, и на берегах рек. Свое видение того, почему их не становится меньше, «НьюсНН» объяснил Артем Патрин — генеральный директор компании «Эко-Реал НН», владеющей мусорным полигоном в Кстовском районе.

— Я считаю, что за сложившуюся ситуацию несет ответственность министерство экологии предыдущим своим составом, начиная с Небова.

— Но госпожа Мочалина, например, как работала первым замом министра, так и продолжает работать. Общественности она известна в том числе тем, что в период с 2006 по 2008 год была советником генерального директора ЗАО «Нижегородбизнесэкология». В свою очередь, компания эта «прославилась» как организатор нелегальной свалки промышленных отходов в Выксе, на которой с 20 сентября 2006 года по 28 ноября 2009 года она, по данным правоохранительных органов, заработала без малого 20 миллионов рублей.

— Промотходы — это беда такая, что… Но давайте с самого начала. Первая проблема — это перевозчики. Ошибка сделана еще на федеральном уровне в свое время, когда было отменено лицензирование перевозчиков отходов. Доступ к этому виду бизнеса получил любой, кто имел хоть какой-то транспорт. А зачастую и вообще никакого транспорта, пользуясь наемным.

— Все самосвалы, которые нелегально сваливали мусор на территории скандально известного садоводческого товарищества «Родник», принадлежали частным лицам, которые отделывались ничтожным штрафом.

— Полтора года назад я лично передавал министру Небову фотографии с «Родника». Он ударил себя в грудь, вызвал сотрудника… Смотрю, минувшим летом новости: проблема все там же. В области ситуация еще хуже: там вообще никто за этим не смотрит.

— Ее уже нет! Она закончилась давным-давно! И других полигонов нет! Хотя областная целевая программа «Развитие системы обращения с отходами производства и потребления в Нижегородской области на 2009–2014 годы» предусматривала строительство девяти полигонов. Каким образом и кто это рассчитывал, до сих пор никто в минэкологии объяснить не смог.

— А сколько должно быть полигонов в Нижегородской области?

— Мне видится, что по крайней мере в каждом крупном районе. В министерстве на это говорили, что, мол, вот сейчас мы наделаем, грубо говоря, сто полигонов, туда все понакидают и бросят. И все это на муниципалитетах повиснет. Но сейчас мы, в принципе, такую ситуацию и получили: есть несколько лицензированных полигонов: наМосковском шоссе «МАГ Груп», наш в Кстовском районе и в Городце. Но, например, с Вада или с севера области сюда никто мусор не повезет. Экономика расставляет все на свои места. Но экономический аспект этой проблемы, по-моему, был задвинут на какие-то дальние места или вообще не рассматривался.

— Расскажите про ваш полигон. Сколько мусора он ежедневно принимает?

— Он самый маленький, потому что определен по программе для Кстова и Кстовского района. Сейчас у нас работает старая карта (участок полигона. — Ред.). Она уже тоже практически израсходована — лимиты закрываются в этом году. Мы построили новый полигон за собственные средства, не планируя повышать тарифы на размещение отходов. Но минэкологии через администрацию Кстовского района всячески пытается помешать его запуску, отказывая в выдаче акта на ввод в эксплуатацию. Однако они проиграли в суде уже две инстанции. На днях, кстати, они подали кассационную жалобу. До меня доходили сведения, что тексты жалоб пишет все та же Мочалина. Мы создали прецедент: оказывается, можно строить такие объекты и при этом не душить население высокими тарифами, как в Городце и Балахне.

— А объемы, предусмотренные бизнес-планом, вы исполняете?

— Мы их перевыполняем! И я объясню почему: к нам идут объемы Нижнего Новгорода, верхней его части. Потому что на Московское шоссе им возить далеко. Это первое. Плюс тариф на том полигоне 125 рублей за куб против наших 92 рублей. Ана Балахнинском полигоне — около 300 рублей.

— Плюс ежедневно Сормово встает в одну большую пробку. Намертво.

— Совершенно верно. И отказать я не имею права! Как только я откажу кому-то в заключении договора, перевозчик идет в ФАС — и пожалуйста. И все эти постановления областные меня не защитят.

— Ну а хотя бы кстовским перевозчикам мусора удобно?

— В Кстове ситуация тоже такая не очень простая. Мне бы хотелось, конечно, чтобы кстовские объемы все шли к нам. Но на сегодняшний день я могу сказать, что с территории Кстова и Кстовского района к нам идет не больше 50%.

— Почему?

— Потому что есть так называемые полулегальные полигоны в Лыскове, в Сергаче, Богородске. С тарифами 10–20 рублей за куб… Допустим, я перевозчик мусора. Я заключаю договора с ТСЖ, с ДУКами на вывоз так называемых ТКО — твердо-коммунальных отходов. Их никто нигде не регулирует: в каком объеме они выходят, куда я их отвез — никто не знает. При этом я отчет никому сдавать не собираюсь. Да, меня обязывают это делать. Ну заплачу я штраф 5 тысяч рублей. Дальше что? То, что касается отходов от населения, — это бесконтрольно. И, к сожалению, даже на конечном этапе размещения мы сами не можем разобраться, откуда и какой мусор к нам идет.

— У «Фарбе», я уверен, есть договор с нами, с «МАГ Груп», с полигонами в Балахне и Городце. Этого достаточно: вот, договора есть. Можно даже пару раз за какой-то период отвести мусор по договору на полигоны. В остальное время ничто не мешает перевозчикам сваливать мусор там, куда хочется. Например, в «Ракету».«Родник» и «Ракета» в верхней части города — это, в принципе, единичные случаи. Но если вы возьмете нижнюю часть, Шуваловскую промзону, то там фору дадут Староигумновским «барханам».

— Неужели все упирается только в бесконтрольность? Почему отсутствует переработка мусора?

— Давайте начнем хотя бы с отбора вторсырья, ликвидного. Проблема очень многогранная. Начинается с населения. Не надо далеко ходить (в Германию, например, или в Швейцарию) — в СССР все это было: макулатуру массово сдавали, металлолом сдавали, стояли специальные баки для пищевых отходов, которые шли на корм скоту. В принципе, система эта была.

Сейчас минэкологии и губернатор декларируют, что данную сферу надо отдать в нагрузку на бизнес. Но у бизнеса основная задача заработать денег, поэтому вкладываться в нерентабельные проекты он не будет. ЗАО «Управление отходами», например, — один из основных игроков на этом рынке. Прославилось тем, что в рамках вышеупомянутой областной программы построила в Балахне и Городце большой полигон, мусоросортировочный комплекс. У них заключен договор о государственно-частном партнерстве, концессионное соглашение. Инвестор не вкладывал своих средств!

Денег затрачено больше миллиарда рублей, а это пенсионные накопления населения. Экономическая отдача в лучшем случае равна нулю. По отчетам эмитента, убытки за два года составили около 100 миллионов рублей. А теперь прибавьте к этому выделение им средств из областного бюджета. При этом тариф, который они заявляли в РСТ, — около 500 рублей за куб. Население в данном случае рассматривается как дойная корова, у которой закончилось молоко, поэтому ее ведут на убой. Не лучше ли было вложить эти деньги в развитие сельского хозяйства?

А «МАГ Груп», например, чтобы построить мусоросортировку на своем полигоне, должен инвестировать около миллиарда шестисот миллионов рублей. Комплекс получается золотой. Теперь выйдите на улицу и спросите у людей: готовы ли они дорого платить за мусор, если продукты купить не на что?

— Мне трудно в это поверить. Но может быть. Не забывайте про тот факт, что в Нижнем Новгороде пройдут матчи чемпионата мира по футболу. А у ФИФА есть так называемые «зеленые требования»: в городах, где проходят игры чемпионата, должна быть внедрена система раздельного сбора отходов и плюс находиться сортировочный комплекс. Как этот вопрос будет решаться? Как обычно, наверное, какими-нибудь профанациями. Вот сейчас сообщается, что в нижнюю часть города зашла компания «Нижегородская экология». Якобы она будет внедрять раздельный сбор. Бред полный.

— Это, как мне представляется, обычная практика в нашем государстве: выдавать желаемое за действительное.

— Я специально ездил в командировку в Питер, чтобы посмотреть, как там организована сортировка мусора. Потому что Питер идет впереди всей России в сфере управления отходами. Компания, где я был, обслуживает где-то полгорода. Их оборудование до кризиса стоило 300 миллионов. Тариф у них 1600 рублей за тонну. Грубо говоря, 800 рублей за кубометр.

— В шесть раз дороже, чем у нас!

— Вот я вам о чем и говорю! Да, построить можно. Кто туда повезет? Как вы обеспечите потоки? Давайте вернемся к нашему Городцу. ЗАО «Управление отходами» на пенсионные деньги построило комплекс. Ничего сверхъестественного не создано. Поставили примитивнейшее липецкое оборудование. Основной отбор — это пластиковая бутылка, алюминиевая банка и картон. Всё! При этом ручной отбор не позволяет отбирать их в больших количествах. То, что сейчас заявляется про 20–50% отбора, — это профанация. Импортное оборудование в Питере позволяет отбирать максимум 40%. А если сравнивать его с липецким оборудованием, то это «Феррари» и велосипед...

В Питере были испытания: один узбек за смену отобрал 150 килограммов пластиковой бутылки. И сразу упал. А на следующий день встать не может… Питерцы, молодцы, считали, что рентабельнее: сто узбеков нанять или все-таки купить хорошую технику. Новодвинские депутаты дали свое заключение о городецком комплексе, почитайте в интернете. Они однозначно высказались по поводу вложения таких денег в такое производство. А разность в тарифах, начиная с 90 рублей до 300, заставляет коммерсанта даже издалека везти мусор не на полигон в Городец, а, например, к нам или на «МАГ Груп».

— Да-да.

— И потом муниципалитет на свои деньги все это очищает.

— Знаете, зачастую нелегальная свалка, которая ликвидируется, предположим, в Советском районе, просто аккуратно перевозится в Нижегородский район. В Советском районе всех это устроило, в Нижегородском пока не знают. Потом начинаются обходы/объезды — выявляется свалка в Нижегородском районе.

— Это правда?!

— Сплошь и рядом, каждый год.

— То есть до полигонов это тоже не доезжает?

— В полном объеме нет. Сейчас мы пытаемся найти взаимопонимание в горкомэкологии, написали письма, что мы готовы в режиме онлайн при предоставлении нам информации отслеживать, какая фирма локализует несанкционированную свалку, каким транспортом, когда и привезла ли она мусор на полигон.

— Но ведь она не обязательно к вам должна его привезти.

— Не обязательно. Но это предложение всех руководителей полигонов, потому что мы экономически заинтересованы. Да, мы зарабатываем, но и экологическую обстановку при этом улучшаем. И город будет знать, что деньги пошли в дело.

— Знаете, для меня открытие, что, оказывается, нелегальные свалки у нас просто передвигаются в шахматном порядке. При этом каждый год выделяются миллионы на их ликвидацию.

— Это абсолютно точно. Посмотрите на результаты электронных аукционов. Кто дает меньшую цену, тот и выигрывает, и в 2014 году при начальных ценах от 2 миллионов рублей за контракт люди выигрывали за 800–900 тысяч рублей. За счет чего такая экономия?

— Все понятно… А как насчет строительного мусора? Вы его принимаете?

— Его принимают все. В свое время министр Небов нас склонял к тому, чтобы мы закупили дробилки для строительного мусора. Мы, может быть, даже были бы и не против. Но! Строительный мусор к нам не идет.

— Часть строительного мусора не сдают на полигоны, а продают. Остальное — да, свозится куда попало.

— Но тот же грунт строительный — он же вам не нужен.

— Как раз наоборот! По нашим регламентам мы должны пересыпать слои мусора грунтом. Поэтому мы его даже закупаем. А строительные компании выходят на нас, договора заключают, но мусор свой не везут. Объект уже в эксплуатацию сдан, а мусора как не было, так и нет.

— Договора им нужны, чтобы предъявить АТИ, Госстройнадзору, минэкологии…

— Совершенно верно. Исполнение этих договоров не контролируется. В Кстове я проверял: за 2014 год было открыто строительство 50 объектов. Все юрлица разные. Только двое из них подали на согласование регламенты по обращению со строительными отходами: что будут возить мусор с помощью такой-то компании и туда-то. Не факт, что они потом зашли на полигон. Но они хотя бы формально выполнили требования. Остальные 48 компаний где? Письмо в администрацию по этому поводу я написал. Шесть тысяч кубов мусора, который был несанкционированно свален, я нашел потом. Но был предъявлен договор с ЗАО «Управление отходами», что якобы свой мусор компания увезла в Городец. Из Кстова! Бред полнейший…

Я не знаю, почему до сих пор не организована онлайн-работа с полигонами. Минэкологии диктует свое, Росприроднадзор — свое. Общей концепции нет. При этом Росприроднадзор по ПФО творит такие «чудеса» в сфере экологии, что диву даешься. Клоунада чиновников в Нижнем Новгороде покажется детским лепетом! Вот сейчас они автомобильному заводу не дают лицензию на полигон, поскольку он находится на земле населенных пунктов. При этом «МАГ Груп» находится на той же земле. А в Балахне проект на новый объект не прошел ни государственной экологической, ни строительной экспертизы, работает по лицензии на старый полигон.

— А с промышленными отходами все-таки что у нас?

— У нескольких предприятий есть свои полигоны: Борский стекольный завод, ВМЗ, ЗМЗ и в Дзержинске несколько. Но они используют их под себя, поскольку, я так понимаю, уже достигнуто критическое состояние по накопляемости. Остальные нелегально везут на Староигумновский полигон, много закапывается по области. А перевозчики делают документы, что отходы уходят либо в Гороховец (есть там хитрый полигон, который по лицензии только ядерное топливо, наверное, не может принимать), в Самару, Чебоксары. Понятно, что, если бы отходы действительно свозились туда, ценники были бы колоссальные. А платить за это никто не хочет.

В нижней части Нижнего Новгорода есть компании, которые якобы обезвреживание ртутных ламп делают, не имея при этом ни лицензии, ничего. Берутся бетономешалки, в нее загружаются лампы, засыпается что-то типа цемента, все это перемалывается, замешивается, в итоге выходит бетонный кусок, который вдруг из первого класса опасности превратился в четвертый класс опасности. А четвертый-пятый классы можно на любой полигон. Опять же завези их к нам на полигон — мы никогда не поймем, что к нам завезли ртуть. А деньги крутятся колоссальные.

— Но это еще и проблема отсутствия экологического сознания у всех и вся.

— Сейчас кризис, не до экологии.

— Не согласна. Я помню эту жуткую картину, когда, скооперировавшись на форуме, мы волонтерами приехали очищать территорию вокруг одного озера. Чудесное озеро вокруг было просто завалено мусором. Но что меня потрясло больше всего — что люди на своих машинах приехали и разлеглись на этой помойке со своей едой и питьем.

— Вот поэтому никакого раздельного сбора мусора у нас не получится. Я делал эксперимент в Кстове, сам для себя: ставили порядка 10 контейнеров — отдельно для пластика, отдельно для бумаги, алюминия. Месяца три-четыре промучились. Там же крышки специальные на контейнерах, которые не позволяют засовывать все подряд. А рядом стоит общий контейнер — пожалуйста: если не хочешь раздельно сдавать мусор, сваливай в него. Так люди из принципа забивали в контейнеры для картона мусор весь подряд, запихивая его в маленькие щелки. Вот зачем это делать? А практически все такие контейнеры идут из-за границы (12–13 тысяч рублейодин контейнер), под них еще специальный транспорт нужен. Чтобы получить эффект, на Кстово нужно хотя бы сто таких контейнеров. Компания «Ремондис» очень долго пыталась это сделать в Дзержинске, но…

— А все-таки что с планами «Эко-Реала» по переработке мусора?

— Пока у нас на повестке дня только сортировка. Только надо понять, какой сортировочный комплекс нам нужен, насколько целесообразно вкладывать 150–200 миллионов и поднимать тарифы в пять раз… Тариф в размере 350–400 рублей в Кстове меня не обрадует, честно вам скажу. Потому что я знаю, что ко мне никто мусор не повезет. Я буду один сидеть на полигоне и радоваться своему тарифу.

А еще, наверное, я скоро себе лоб разобью, чтобы наконец-то область перешла на прием мусора не в кубах, а в тоннаже. Полигон должен принимать отходы в тоннаже. Областное правительство нас заставило весы купить и установить, мы потратили на это порядка миллиона рублей. Второй год весы стоят. Зачем? «МАГ Груп» весы поставили. Зачем? Везде мусор принимается в кубах. А хитрость такая: один контейнер — это примерно один куб. Кузов мусоровоза — это 20 кубов. Но новые мусоровозы способны в себя принять до 150 контейнеров, поскольку мусор прессуется. Кубатура уменьшается, а вес увеличивается. Перевозчик за утилизацию с каждого контейнера взял, а мне в итоге заплатит на несколько порядков меньше. Принимать мусор по весу было бы справедливо.

Но переход на тоннажный расчет — это будет маленькая революция, потому что пока никто не знает, как считать. Региональная служба по тарифам пытается уйти от этой необходимости любыми путями. Причем законодательство позволяет нам принимать отходы по весу. Я говорю, что хочу в тоннаже. Мне в РСТ отвечают, что у них нет методики расчета. Нужно прийти к пониманию, сколько весит куб мусора. По нашей статистике, в среднем куб весит 136–140 килограммов.

— Федеральное законодательство 29 декабря 2014 года ввело понятие «региональный оператор» и в сферу управления мусором. На своем счету некая организация (или несколько организаций) будет аккумулировать средства граждан, собирая их фактически как налог на мусор и организуя его вывоз и размещение. Новая система должна заработать в следующем году. Что вы думаете об этой новации?

— Сложно пока понять, поскольку нет никаких разъяснений. Но я вижу угрозу монополизации. Я примерно уже вижу, кто будет региональным оператором, и понимаю, для чего это делалось. Предполагаю, что им станет ЗАО «Управление отходами». Посмотрите, кто работает в этой компании и кто вошел в рабочую группу при Минэкологии РФ по разработке подзаконных актов нового закона. Вы увидите в том числе фамилию Небова, который развалил работу с отходами в Нижегородской области, а теперь фактически возглавил ее на федеральном уровне.

Ирина Славина

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter