Как мы попали в Норвегию

Как мы попали в Норвегию
Мнение

7 июля 2015, 11:36
Дмитрий Зотиков
Как мы попали в Норвегию

Для меня в тот момент слова «Норвегия», «Хемседал», «Ставангер», «Согне-фиорд», «Берген» были чем-то из области фантастики. Тогда даже и не думалось, что всего через полгода первые фуры поедут из Сокольского в сторону Осло, а я буду рассекать на катере по норвежским фиордам и покорять норвежские сопки в поисках идеальной хютты (так в стране викингов называют деревянный рубленый дом из лафета).

Наверное, сейчас надо несколько слов сказать о Сокольском районе, в который судьба и «кириенковский» дефолт занесли меня в далеком 1998 году на должность директора леспромхоза. По уровню экономического развития это был один из самых отсталых районов области. Но в нем рос лес. Если коротко — это был южный край тайги. Причем росли не только сосна и ель, но и лиственница. Лес, как и принято было в наше время, нещадно вырубался. Особенно тот, который был в легкой зоне доступности.

Перерабатывать местный лес практически никто не умел. Яхты на судоверфи Курочкин и Сиденин строили, в основном, из сибирской сосны и лиственницы. Сокольский лес по многим параметрам не подходил для корабельного строительства. Но он практически идеально, как потом оказалось, подходил для строительства домов. Словом, наш отсталый район и самая богатая страна Европы вначале как-то между собой плохо корреспондировали. Но норвежцам были нужны деревянные дома, а у нас рос так необходимый им лес... Мне просто необходимо было ломать бизнес-фишку, и я решил предложить Курочкину свои услуги по строительству домов в Норвегии, на что тот посмеялся и разъяснил, что у меня нет ни крытой площадки для рубки (а это было одно из условий контракта), ни обученных плотников, ни инструмента, ни малейшего опыта работы с зарубежными партнерами. Но и сразу мне не было отказано, за что я до сих пор благодарен Игорю Максимовичу.

На следующий день я сел в свою старенькую «девятку» и отправился в гости к Курочкину на другой берег Горьковского моря. Там в помещении бывшего свинарника увидел, как местные чкаловские мужики рубят дом, в котором впоследствии будет жить какой-нибудь богатый норвежец. Такие дома в современной Норвегии могут позволить себе только весьма состоятельные граждане. Если яхту или катер на фиордах там имеет практически каждый, то хютту в горах не всякий себе может позволить.

Покурив с чкаловскими мужиками и поговорив с ними за жизнь, я подумал: «Если здесь, в старом свинарке буквально на коленке можно рубить дома на экспорт, то чем мы хуже?». И предложил план совместных действий Игорю Курочкину. В основе этого плана было предложение пригласить в Сокольское норвежских бизнесменов, а там уж как карта ляжет. И через месяц, в декабре 2005 года, двое норвежских предпринимателей Кристер и Питер из города Ставангер уже парились в моей русской бане в деревне Селянцево. Они приехали в Россию на три дня и моей задачей было доказать норвежцам, что компания «Тайга» именно та компания, которая может завалить Норвегию великолепными рублеными домами.

Переговоры шли трудно. Норвежцы были согласны обучить моих работников и дать технологии строительства. Но в обмен требовали работать только на крытой площадке, которой у меня тогда не было. Причем работать только с ними в течение ближайших пяти лет и по фиксированной цене 60 долларов за квадратный метр стены сруба. Договориться с норвежцами я смог буквально за час до их отбытия на Московский вокзал. При этом удалось выторговать пункт, по которому я мог работать на свободном рынке по рыночным ценам в случае, если они не обеспечат полную загрузку предприятия. Дело было сделано. Я тут же составил контракт на русском языке и отдал его своим новым партнерам. Так как раньше я никогда не делал международные контракты, весь текст разместился на одной страничке.

Через несколько месяцев, когда первый сруб на еврофурах отправлялся в Норвегию, вся автозаводская таможня Нижнего Новгорода смеялась над этой, по их словам, ничего не значащей бумажкой и показывала мне в качестве образца международные контракты, состоящих из многих десятков листов и составленных юристами международного класса. На что я невозмутимо отвечал, что по этой бумажке норвежские партнеры перевели моей компании несколько десятков тысяч долларов и дело таможенников таможить сруб гостиницы, а не учить жизни крутых сокольских предпринимателей.

Впоследствии, конечно, мы составляли более подробные контракты.

Дмитрий Зотиков.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter