Недоликвидация: вопросы без ответов

Недоликвидация: вопросы без ответов
Мнение

2 мая 2017, 10:03
Асхат Каюмов
Почетный работник охраны природы Российской Федерации
Недавно в СМИ в очередной раз была распространена информация о 500 миллионах, которые выделены федерацией для ликвидации накопленного экологического ущерба в Дзержинске. Посмотрим на ту самую «ликвидацию ущерба», к которой Нижегородская область наконец-то приступила.

История длинная, поручения о ликвидации Игумновской свалки, «Белого моря» и «Черной дыры» были даны президентом страны еще 20 июня 2011 года, по итогам рассмотрения ситуации на Государственном совете РФ. Денег на это в федеральном бюджете выделили почти 4 миллиарда. И за доступ к этим деньгам шли битвы среди желающих их «освоить» с применением всего современного арсенала: выемка документов компетентными органами, внеплановые и внезапные проверки, арбитражные и уголовные суды… История тянулась долго, контракты заключались и расторгались, даже уголовные дела завершались приговорами. А процесс ликвидации накопленного ущерба стоял на месте. До него ли, когда «серьезные» люди бьются за серьезные бюджетные деньги?

Кончилось тем, что на высочайшем уровне была определена организация, которая и выполнит эту самую «ликвидацию объектов накопленного экологического ущерба». И тут процесс пошел, не встречая уже серьезных препятствий. Разрабатываются проекты, проходят государственные экспертизы.

Однако при знакомстве с этими проектами возникают вопросы, на которые пока не удалось получить ответов. И это очень беспокоит, потому что от того, сколь успешно и эффективно регион сейчас выполнит ликвидацию этих объектов, зависит возможность претендовать на следующие федеральные деньги на уничтожение других экологически горячих точек, коих у нас в области еще более чем достаточно.

В первую очередь серьезное беспокойство вызывает то, что ни один из объектов на самом деле не ликвидируется. Напомню, у президента в его поручении в 2011 году по этим трем объектам записана именно «ликвидация». У нас же ситуация следующая.

Игумновская свалка и «Белое море» фактически будут законсервированы. То есть, их воздействие на окружающую природу будет заизолировано. Это, безусловно, хорошо, даже – отлично! Но эту «изоляцию» надо будет постоянно поддерживать, будут созданы два «объекта», которые придется в дальнейшем эксплуатировать. Вряд ли постоянное функционирование таких объектов можно выдать за «ликвидацию». Кстати, и внуки, которым придется их снова ликвидировать, будут изрядно возмущены.

Но внуки бы ладно, это дело далекого будущего. Тут другое беспокойство возникает. Кто сейчас, в нынешнее время, после предстоящих вскоре торжественных докладов в Москву о «завершения ликвидации», будет финансировать функционирование этих объектов? Вряд ли федеральный бюджет возьмется платить за текущую деятельность «ликвидированных» структур. Готов ли Дзержинск принять на себя эти затраты? Ответа пока нет, хотя я и предполагаю, каким он будет.

А что же с «Черной дырой»? Там же проектом планируется сжигание (по научному: термолиз с последующим плазменным дожигом), там-то уж будет ликвидация?

И тут не порадую. Из общего объема отходов, накопленных в «Черной дыре» (а это 71 500 кубометров), 55 500 кубометров полимеризовались и уничтожать их не планируется. Их планируется оставить на месте и законсервировать (хорошо хоть, без создания при этом еще одного «объекта», требующего ресурсов на поддержку его существования). Несложное арифметическое действие показывает, что ликвидировано будет только 16 000 кубометров отходов. Безусловно, и это особо следует отметить, что 16 тысяч кубометров жидких отходов, представляющих наибольшую опасность для окружающей среды именно в силу того, что они в жидком состоянии – это много! Их уничтожение – это действительно серьезный вклад в увеличение экологической безопасности.

Однако, это меньше 23 % от общего объема «Черной дыры», так что и тут слова про «ликвидацию» объекта накопленного экологического ущерба будут вряд ли уместны.

И как раз по «Черной дыре» есть еще пара вопросов, которые пока остаются без ответов и вызывают беспокойство. Во-первых, никто не может ответить, «чего и сколько» полетит в атмосферу при этом самом «дожиге». А ведь полетит это не куда-то в пустыню, а прямиком на заречную часть Нижнего Новгорода, а это – почти 900 тысяч жителей. И хоть и заверяют проектировщики, что на каждую сжигаемую партию будет проводиться сначала лабораторное исследование и получаться специальное отдельное государственное разрешение на уничтожение – беспокойство все-таки остается.

Ну и главное, наверное, «безответное» беспокойство, касается той самой установки, которая будет построена в Дзержинской промзоне для того самого термолиза с тем самым последующим плазменным дожигом. Вот сожжет она все 16 тысяч кубометров отходов из «Черной дыры». И что будет с этой установкой дальше? Можем ли мы быть уверенны в том, что ее разберут по окончании? Есть ли гарантии того, что потом на ней не наладятся жечь иные отходы, в том числе привозимые из других регионов (в стране ведь это большая проблема – где сжечь промышленные отходы)? Увы, на эти прямо поставленные вопросы ответов также не было получено.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter