к
а
л
е
н
д
а
р
ь

Декабрь 2016

Предыдущий месяц       Предыдущий год

Понедельник Вторник Среда Четверг Пятница Суббота Воскресенье
28 29 30 47 1 39 2 11 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
НОВОСТИ
НИЖНЕГО НОВГОРОДА
12:04 Понедельник, 6 Апреля 2009

Рабыня и аура

Место действия:
 Поместье на пересечении мексиканских рек
 
Действующие лица:
 
Сусанна-Рамира, Рабыня Пленительной жизни (сокращенно СРРПЖ). - Рабыня.    
Романо Антонио – Молодой человек, владелец заводика по производству текилы
Растеряльос – строитель фазендных домиков, человек с возрастом и привычками
Донья Клочкерио – наставница Сусанны-Рамиры по наукам
 
Остальные персонажи появляются по ходу действия.
Южная Америка, 19 век. Холл главного фазендного домика.
 
Романо Антонио: - Итак, Донья Клочкерио, мы с Вами договорились! Как хорошо понимать друг друга!
Донья Клочкерио: - Да, Вы совершенно правы! Вы влюблены в Сусанну-Рамиру, я знаю! Конечно, в таких условиях нужно доверяться мужчине! А если Вы будете с ней, то и я, конечно, останусь при ней! При вас вместе, я хотела сказать.
 
Хлопает дверь, резко входит Растеряльос.
 
Растеряльос: - Вы тут без меня мою любовь обсуждаете? Сговорились за спиной? Небось, опять подделаете сертификат принадлежности! Она моя и только моя! Я выкуплю ее!
Романо Антонио: - Да бросьте, Растеряльос! Вы уже совсем на крайности идете! Управляющего своего, опять же, уволили! А все из-за ревности! Хотите в одиночку Сусанной- Рамирой обладать?
Растеряльос: - Она моя! Она будет моей! Мне ее сам (закатывает глаза к потолку) обещал! Да я за нее… родину мог продать!
 
Резко выходит из холла.
 
Романо Антонио: - Ужас какой-то. Ну да ладно. Донья Клочкерио, расскажите лучше, как жизнь?
Донья Клочкерио: - Бог с ней, с жизнью. Я вот что подумала. У Вас же заводик текильный. Да и пост серьезный - заместитель профсоюза продавцов маиса. Вы, может, не будете рисковать всем этим из-за какой-то юбки? Вы вот лучше другу своему,  Алехандро Бочканосу уступите барышню-то. Считай, и вы с ней рядом будете. Ну и я не пропаду, конечно!
 
Романо Антонио: - Хороший совет! Он тоже влюблен в нее!
 
Неожиданно появляется новый персонаж, хозяин фазенды. Приходит сверху, держа в руках бильярдный кий. Проходит мимо разговаривающих и смотрит в окно.
 
Романо Антонио (шепотом):  - Вот хорошо Дону Валерио. Все равно ему, кто любит его рабыню.    (Вслух) – Дон Валерио! А что это шумит там за окном!
Дон Валерио: - Так это же Иринуария!
Романо Антонио: - А, заведующая полями… Понятно. Но что они там кричат?
Дон Валерио: - Сосед Ваш по профсоюзу продавцов маиса Алехандро Любэрто. Он, знаете, помогает ей во всем.
Донья Клочкерио: - Как, он уже ушел из фазенды Дона Едринто? Ну, которая еще называется «Бланко Медведьяс»?
Дон Валерио: - Представьте себе, да. Но о «Бланко Медведьяс» мы поговорим еще, будет время. Сейчас я наконец-то раскрою страшную тайну, которую не открывал триста пятьдесят серий.
 
Все участники замирают. Играет тревожная музыка. В дверь стремительно влетает Растеряльос, замирает на пороге. Из кладовки скромно появляется Сусанна- Рамира, Рабыня пленительной жизни (сокращенно- СРРПЖ). В момент пика музыки Дон Валерио достает заветную бумагу.
 
Дон Валерио (громко): - Вы все заблуждались! Сусанна-Рамира- не рабыня! Она свободная женщина!
Сусанна- Рамира: -Да ладно. 
 
Таращит глаза на Дона Валерио.
 
Дон Валерио: - Ну, то есть не совсем, конечно, свободная.
Сусанна- Рамира: - Так то. А то уж я грешным делом подумала что Вы, уважаемый дон, на солнышке перегрелись.
Дон Валерио (стараясь не замечать колкостей): - На самом деле она - не дочь того, кого вы думали!
 
Все начинают ахать, махать руками и таращить глаза на дона.
 
Дон Валерио: - Она дочь!!!!!
 
Пронзительно вступают скрипки.
 
Все: - Чья же? Чья же:?
Дон Валерио:- Она на самом деле дочь…
 
Скрипки переходят в почти ультразвук.
 
Дон Валерио: - Она дочь самого!!! И задирает глаза к потолку.
Растеряльос: - В смысле того, что сидит в нашем главном городе? В Мехико?
Дон Валерио: - Его самого! Конечно, дочь нелюбимая (Сусанна- Рамира тихонько шмыгает носом) но тем не менее родная! Взрощенная, так сказать!
Донья Клочкерио (разочарованно выдыхая): - Ой загадка-то. Вы, Дон Валерио, действительно на солнышке перегрелись. Это ж вся Мексика знает. Но большинство за работу на «Бланко Медведьяс» борются. Вот нам и остается за рабыней ухлестывать!
Растеряльос: - Вы, Дон Валерио, главное скажите! За кого сосватаете девушку! Приданное-то стынет, так сказать! Голосование за лучшую невесту года уже в этом году, в декабре! Глядишь, проголосуют за невесту, жениху тоже достанется! Даром что рабыня!
Дон Валерио (прищурившись): - Эх, неразумные вы мои рабовладельцы. Это же я всех интриги лишу, если расскажу. Без ваших дрязг в нашей сельве вообще скучно было бы. Вот балаган строим, крокодилов тут закупаем повышенной кожности. Вы вот веселите. Если же я расскажу - чем еще двести серий заниматься будем? Ну, до голосования за лучшую невесту?
 
На фазенду опускается ночь. Слышны протяжные песни рабов и бряцанье кандалов. Начинает играть громкая жалостная испанская песня.