к
а
л
е
н
д
а
р
ь

Декабрь 2016

Предыдущий месяц       Предыдущий год

Понедельник Вторник Среда Четверг Пятница Суббота Воскресенье
28 29 30 47 1 39 2 11 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
НОВОСТИ
НИЖНЕГО НОВГОРОДА
09:05 Пятница, 7 Мая 2010

65-летие Великой Победы

{intro}Россия празднует 65-ю годовщину Великой Победы. Шестьдесят пять лет прошло с тех памятных майских дней 1945 года, но дни эти по-прежнему приковывают к себе пристальное внимание. Мы, как и многие современники, постоянно задаем себе вопрос: «Как это было? Что чувствовали, что делали, о чем думали тогда непосредственные участники событий?» Обратимся к воспоминаниям тех людей, чьи имена навечно слились с историей. Обратимся к самым ярким личностям Великой войны и Великой Победы.{/intro}

 

Sample ImageГеоргий Жуков, маршал Советского Союза

«Ровно в 24 часа мы вошли в зал. Кейтель сел на край стула и слегка дрожавшей рукой подписал пять экземпляров акта».

7 мая мне в Берлин позвонил И.В. Сталин и сообщил: «Сегодня в городе Реймсе немцы подписали акт безоговорочной капитуляции. Главную тяжесть войны, — продолжал он, — на своих плечах вынес советский народ, а не союзники, поэтому капитуляция должна быть подписана перед Верховным командованием всех стран антигитлеровской коалиции, а не только перед Верховным командованием союзных войск».

С утра 8 мая начали прибывать в Берлин журналисты, корреспонденты всех крупнейших газет и журналов мира, фоторепортеры, чтобы запечатлеть исторический момент юридического оформления разгрома фашистской Германии, признания ею необратимого крушения всех фашистских планов, всех ее человеконенавистнических целей. В середине дня на аэродром Темпельгоф прибыли представители Верховного командования союзных войск. Верховное командование союзных войск представляли маршал авиации Великобритании Артур В. Теддер, командующий стратегическими воздушными силами США генерал Карл Спаатс и главнокомандующий французской армией генерал Ж. Латр де Тассиньи. В Карлсхорсте, в восточной части Берлина, в двухэтажном здании бывшей столовой немецкого военно-инженерного училища подготовили зал, где должна была проходить церемония подписания акта. Ровно в 24 часа мы вошли в зал. Кейтель сел на край стула и слегка дрожавшей рукой подписал пять экземпляров акта. Тут же поставили подписи Штумпф и Фридебург. В 0 часов 43 минуты 9 мая 1945 года подписание акта безоговорочной капитуляции Германии было закончено. Я предложил немецкой делегации покинуть зал.

От имени советского Верховного Главнокомандования я сердечно поздравил всех присутствовавших с долгожданной победой. В зале поднялся невообразимый шум. Все друг друга поздравляли, жали руки. У многих на глазах были слезы радости.

— Дорогие друзья, — сказал я товарищам по оружию, — нам с вами выпала великая честь. В заключительном сражении нам было оказано доверие народа, партии и правительства вести доблестные советские войска на штурм Берлина. Это доверие советские войска, в том числе и вы, возглавлявшие войска в сражениях за Берлин, с честью оправдали. Жаль, что многих нет среди нас. Как бы они порадовались долгожданной победе, за которую, не дрогнув, отдали свою жизнь. В 0 часов 50 минут 9 мая 1945 года заседание, на котором была принята безоговорочная капитуляция немецких вооруженных сил, закрылось.

Жуков Г.К., «Воспоминания и размышления».

 Иосиф Сталин, Верховный главнокомандующий, генералиссимус СССР

Обращение товарища Иосифа Виссарионовича Сталина к народу 9 мая 1945 года.

Товарищи! Соотечественники и соотечественницы!

Наступил великий день победы над Германией. Фашистская Германия, поставленная на колени Красной Армией и войсками наших союзников, признала себя побеждённой и объявила безоговорочную капитуляцию.

7 мая был подписан в городе Реймсе предварительный протокол капитуляции. 8 мая представители немецкого главнокомандования в присутствии представителей Верховного Командования союзных войск и Верховного Главнокомандования советских войск подписали в Берлине окончательный акт капитуляции, исполнение которого началось с 24 часов 8 мая.

Зная волчью повадку немецких заправил, считающих договора и соглашения пустой бумажкой, мы не имеем основания верить им на слово. Однако сегодня с утра немецкие войска во исполнение акта капитуляции стали в массовом порядке складывать оружие и сдаваться в плен нашим войскам. Это уже не пустая бумажка. Это - действительная капитуляция вооружённых сил Германии. Правда, одна группа немецких войск в районе Чехословакии всё ещё уклоняется от капитуляции. Но я надеюсь, что Красной Армии удастся привести её в чувство.

Теперь мы можем с полным основанием заявить, что наступил исторический день окончательного разгрома Германии, день великой победы нашего народа над германским империализмом.

Великие жертвы, принесённые нами во имя свободы и независимости нашей Родины, неисчислимые лишения и страдания, пережитые нашим народом в ходе войны, напряжённый труд в тылу и на фронте, отданный на алтарь отечества, - не прошли даром и увенчались полной победой над врагом. Вековая борьба славянских народов за своё существование и свою независимость окончилась победой над немецкими захватчиками и немецкой тиранией.

Отныне над Европой будет развеваться великое знамя свободы народов и мира между народами. Великая Отечественная война завершилась нашей полной победой. Период войны в Европе кончился. Начался период мирного развития. С победой вас, мои дорогие соотечественники и соотечественницы!

Слава нашей героической Красной Армии, отстоявшей независимость нашей Родины и завоевавшей победу над врагом!

Слава нашему великому народу, народу-победителю!

Вечная слава героям, павшим в боях с врагом и отдавшим свою жизнь за свободу и счастье нашего народа!

 Уинстон Черчилль, премьер-министр Великобритании

«В час величайшей победы я слишком хорошо сознавал ожидавшие нас трудности и опасности; но все же это был момент для ликования, хотя и короткий».

В середине апреля стало ясно, что гитлеровская Германия в скором времени будет полностью уничтожена. Безоговорочная капитуляция наших врагов явилась сигналом к величайшему взрыву радости в истории человечества. Вторая мировая война в Европе была доведена до конца. Как побежденные, так и победители испытывали невыразимое чувство облегчения. Но для нас как в Англии, так и во всей Британской империи, которые только одни участвовали в борьбе с первого до последнего дня и которые поставили свое существование в зависимость от ее исхода, это событие имело еще значение, непостижимое даже для наших самых могущественных и доблестных союзников. Для нас, усталых и измотанных, обедневших, но не устрашившихся, а теперь победивших — это был поистине великий момент. Мы возносили благодарение Богу за благороднейший из его даров — сознание того, что мы исполнили свой долг.

В час величайшей победы я слишком хорошо сознавал ожидавшие нас трудности и опасности; но все же это был момент для ликования, хотя и короткий.

Президент Рузвельт сказал мне однажды, что он публично просил вносить предложения относительно названия, которое должно быть присвоено этой войне. Я тотчас же предложил свое: «Ненужная война». Войну, которая совсем недавно разрушила то немногое, что уцелело от мира после предыдущей битвы, легче было остановить, чем любую другую. Несмотря на все усилия и жертвы, принесенные сотнями миллионов людей, несмотря на победу правого дела, мы все еще не обрели мира и безопасности и нам грозят опасности, большие чем те, которые мы преодолели. В этом высшая точка трагедии человечества. Я надеюсь, что размышления над прошлым могут послужить руководством для будущего, что они позволят новому поколению исправить некоторые ошибки прошлых лет и тем самым дадут ему возможность управлять надвигающимися величественными событиями будущего в соответствии с нуждами и честью человечества.

Я считаю неизбежным, что Россия станет величайшей в мире сухопутной державой после этой войны, так как в результате этой войны она отделается от двух военных держав — Японии и Германии, которые на протяжении жизни нашего поколения наносили ей такие тяжелые поражения. Однако я надеюсь, что «братская ассоциация» Британского Содружества наций и Соединенных Штатов, а также морская и воздушная мощь могут обеспечить хорошие отношения и дружественное равновесие между нами и Россией, хотя бы на период восстановления. Что будет дальше — глазом простого смертного не видно, а у меня нет пока достаточных познаний о небесных телескопах.

Уинстон Черчилль, «Вторая мировая война».

 Шарль де Голль, генерал, руководитель французского Сопротивления

«Война выиграна! Победа одержана! Это победа Объединенных наций, и это победа Франции!» — объявил я по радио 8 мая в три часа пополудни».

Наступил час, когда вопрос о капитуляции Германии требовал лишь выполнения необходимых формальностей. Еще до самоубийства Гитлера Геринг, назначенный его возможным преемником, считая, что фюрер глух к любым разумным предложениям, попытался лично завязать переговоры с союзниками, но тут же лишился обещанного наследства.

Я также получил от Гиммлера неофициальное послание, в котором явно просматривалась уловка человека, попавшего в безвыходное положение. Послание гласило: «Согласен. Вы победили! Зная, с чего Вы, генерал де Голль, начинали, я должен снять перед вами шляпу...»

«Война выиграна! Победа одержана! Это победа Объединенных наций, и это победа Франции!» — объявил я по радио 8 мая в три часа пополудни. Одновременно со мной Уинстон Черчилль в Лондоне, Гарри Трумэн в Вашингтоне оповестили о победе свои народы. Чуть позже я появился на площади Этуаль, куда стекалась праздничная толпа. После моего прибытия площадь за какие-то мгновения заполнилась до отказа. Я едва успел преклонить колени перед могилой Неизвестного солдата, как людской поток, сметая выставленные заграждения, бросился ко мне с приветственными криками. Мне с трудом удалось выбраться из объятий ликующих парижан.

Да, уже давно никто не сомневался в исходе войны, а в последние недели перед ее завершением счет велся на дни и часы. Помимо удовлетворения, которое принесла счастливая развязка, пройденные испытания оставили в национальном сознании — и оставили навсегда! — глухую боль. И во всем мире залпы победного салюта, естественно, были встречены с огромным облегчением, поскольку отступили смерть, муки и горе, но не в восторженном исступлении, так как борьба была запятнана преступлениями, покрывшими позором все человечество. Каждый, кем бы он ни был и где бы ни проживал, ощущал в себе вновь нарождающуюся надежду на вечный мир и одновременно опасался, что и на этот раз «война, способная породить все», не породит мира.

Шарль де Голль, «Военные мемуары: Спасение 1944–1946».

 Дуайт Эйзенхауэр, генерал армии

«Соединенные Штаты и Россия вышли из войны как две самые мощные державы на земном шаре».

За несколько недель до полной капитуляции мы получили некоторые намеки на то, что отдельные видные деятели в Германии ищут пути и средства, чтобы прекратить боевые действия. Ни в одном из этих окольных донесений не указывалось причастности самого Гитлера к этим попыткам. Наоборот, каждый из этих деятелей рейха так боялся навлечь на себя ярость нацистов, что был в такой же мере озабочен как сохранением в тайне своего участия в этом деле, так и попыткой добиться капитуляции немецких армий.

После того как необходимые бумаги были подписаны Йодлем и генералом Смитом в присутствии французского и русского представителей, подписавших документы в качестве свидетелей, Йодля привели в мой кабинет. Я спросил его через переводчика, полностью ли он понимает все статьи подписанного им документа. Он ответил: «Да». Тогда я ему сказал: «Вы официально и лично будете нести ответственность, если условия этой капитуляция будут нарушены, в том числе за прибытие немецких командующих в Берлин в такое время, какое будет установлено русским главным командованием для оформления официальной капитуляции перед тем правительством. Все». Он отдал честь и вышел.

Соединенные Штаты и Россия вышли из войны как две самые мощные державы на земном шаре. Этот факт оказывал влияние на каждую деталь в американской официальной политике в оккупированной Германии, ибо любое продолжение борьбы между этими двумя державами безнадежно осложнило бы наши проблемы на местах и, возможно, даже свело бы на нет нашу победу, доставшуюся дорогой ценой.

Россия вынесла тяжелые испытания во Второй мировой войне. В 1941 году нацисты оккупировали огромную территорию страны. От Волги до западных границ почти все было разрушено. Когда мы в 1945 году летели в Россию, я не видел ни одного целого дома между западной границей страны и районами вокруг Москвы. На этой захваченной нацистами территории, говорил мне Маршал Жуков, было убито столько женщин, детей и стариков, что невозможно точно установить их общее число. Некоторые крупные города были просто стерты с лица земли.

Все это вызвало бы ожесточение у любого народа; было бы совершенно поразительно, если бы у русских не появилось более сильного чувства ненависти к немцам и более сурового отношения к ужасам войны, чем в странах, находившихся далеко от районов боевых действий.

Я знаю это из своего личного опыта. Когда потянулись месяцы войны, во мне нарастало ожесточение против немцев, и особенно против гитлеровской банды. Всюду были видны следы разрушений — свидетельство безжалостного тщеславия Гитлера. Каждое сражение, каждая стычка оплачены изуродованными телами, жизнью молодых солдат союзных армий. Во время войны сотни убитых горем отцов, матерей и невест обращались ко мне с личными письмами, умоляя дать им хоть какую-нибудь надежду, что их любимые еще живы, или, в худшем случае, сообщить им что-нибудь дополнительно об обстоятельствах их смерти. Возможно, именно поэтому я так хорошо понимал настроение русских.

Дуайт Эйзенхауэр, «Крестовый поход в Европу».

 Бернард Монтгомери, британский фельдмаршал

«Я приказал прекратить все наступательные действия 3 мая. Я знал, что война закончена, и не хотел новых потерь во вверенных мне войсках».

27 апреля мне сообщили из военного министерства, что 24-го Гиммлер через шведский Красный Крест передал предложение о капитуляции. Вечером 1 мая мы перехватили сообщение немецкого радио, что Гитлер умер на своем командном посту в Берлине и что своим преемником в качестве фюрера он назначил адмирала Деница.

После подписания акта о капитуляции оставалось еще много дел. Я приказал прекратить все наступательные действия 3 мая, когда ко мне приехали немцы; я знал, что война закончена, и не хотел новых потерь во вверенных мне войсках. Теперь я отдал приказ о прекращении огня с 8 утра субботы, 5 мая 1945 года.

Я чувствовал, что должен, прежде всего, обратиться к командующим и войскам, которые под моим руководством прошли такой длинный путь и так прекрасно сражались. Они сделали для победы намного больше того, что я лично был в состоянии сделать.

Вот мое Последнее обращение к армии:

В день Победы я чувствую необходимость обратиться ко всем, кто служил и воевал вместе со мной в последние несколько лет. Я хочу обратиться к вам с очень простым и очень коротким посланием. Хочу попросить, чтобы вы вспомнили наших товарищей, павших в бою. Они отдали свои жизни, чтобы другие могли обрести свободу, а больше этого не может сделать ни один человек. Я верю, что Господь скажет каждому из них: «Ты хорошо поработал, доблестный и верный солдат».

А мы, оставшиеся в живых, довели дело до конца; все мы испытываем великую радость и благодарность, что дожили до этого дня. Не забудем воздать должную хвалу и благодарность: «Все это деяния Господа, и славны они в наших очах».

В первые дни этой войны Британская империя в одиночку противостояла совокупной мощи держав Оси. И в те дни мы пережили несколько крупных поражений; но мы стояли твердо; мы защищались, но по мере сил отражали удары. Позже к нам присоединились Россия и Америка, и с того момента никто не сомневался в исходе. Мы никогда не должны забывать, чем мы обязаны нашим русским и американским союзникам; эта великая объединенная команда многого добилась на войне; пусть же она добьется еще большего в мирной жизни. Без сомнения, нас ждут большие проблемы; мир не скоро оправится после пережитых потрясений, каждому из нас предстоит много работать. Я хочу сказать, что в этой работе от нас потребуется та же сила духа, которую мы проявили в самые страшные дни этой войны. Может быть, нашу страну и каждого из нас ждут тяжелые времена. Если это случится, наша дисциплина сплотит нас, но нам следует помнить, что настоящая дисциплина подразумевает подчинение своих интересов интересам общества.

Для меня было большой привилегией и честью командовать войсками Британской империи в Западной Европе. Немногие командующие имели таких преданных подчиненных, как я. От всего сердца благодарю каждого из вас. Итак, примем то, что ждет нас впереди, с радостью и оптимизмом. Мы победили в германской войне. Теперь мы должны обеспечить мир. Счастья всем вам, где бы вы ни были.

Бернард Монтгомери, «Мемуары фельдмаршала»