к
а
л
е
н
д
а
р
ь

Декабрь 2016

Предыдущий месяц       Предыдущий год

Понедельник Вторник Среда Четверг Пятница Суббота Воскресенье
28 29 30 47 1 39 2 11 3 2 4
43 5 46 6 33 7 33 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
НОВОСТИ
НИЖНЕГО НОВГОРОДА
06:07 Вторник, 23 Июля 2013

ГОРА РОДИЛА МИФ

Кем был Алексей Навальный до суда? Представителем столичного протестного бомонда, до которого дела нет десяткам миллионов избирателей. Усилия Навального, прилагаемые им для того, чтоб разрушить систему, были равны усилиям мыши, собирающейся сдвинуть гору. Кем стал Навальный после суда?

Евгений СЕМЕНОВ,

политолог.

История с Алексеем Навальным, о которой на прошлой неделе не писал только ленивый, напомнила песню Волшебника из фильма «Обыкновенное чудо»:

«Из миража, из ничего,

Из сумасбродства моего —

Вдруг возникает чей-то лик

И обретает цвет, и звук,

И плоть, и страсть!»

Действительно, в деле с предельно жестким приговором, арестом в зале суда и освобождением на следующий день нелепицы даже больше, чем в сказке. Чем отличается сказка от реальности? Логическими нарушениями. Благодаря действиям далеко не сказочного института мы «попали в сказку». Это яркое свидетельство того, что система дала сбой.

Сигналы о том, что в системе не все ладно, поступали и раньше. Ярким примером здесь является соотношение инкриминируемого ущерба и мер ответственности в делах «Кировлеса» и «Оборонсервиса». Если в первом случае фигурирует ущерб на сумму 16 млн рублей, то во втором — на десятки миллиардов. И если в случае с Навальным за якобы украденную делянку леса вваливают пять лет, то в случае с Васильевой, когда украдена целая Восточно-Сибирская тайга, ограничиваются домашним арестом. При этом фигурантке разрешено посещать бутики и ювелирные салоны, наверное, для того, чтоб украсить электронный браслет на ноге эксклюзивными бриллиантами. Хозяин тайги явно дает понять, что преступлением является не нанесение ущерба государству, а попытка нанесения ущерба правящему клану (курсив мой – Е.С.). Это первый системный сбой.

Избыточность реакции на действия известного в узких кругах блогера обнаруживает не только болевые точки власти, но превращает и его самого в серьезную политическую фигуру. И это второй системный сбой.

Кем был Алексей Навальный до суда? Представителем столичного протестного бомонда, до которого дела нет десяткам миллионов избирателей. Усилия Навального, прилагаемые им для того, чтоб разрушить систему, были равны усилиям мыши, собирающейся сдвинуть гору.

Кем стал Навальный после суда? Кем он стал после гигантских медиаинъекций, которые в течение последней недели были вкачаны в его имидж? Кем он стал после того, как его имя было обласкано устами русской интеллигенции от Владимира Соловьева до Захара Прилепина? Кем он стал после Манежки, посвященной только ему и никому более? Алексей Навальный стал не просто жертвой режима и безусловным лидером оппозиции, с которым жестко расправляется власть, он стал символом грядущей революции, мифическим героем, титаном, который борется с системой.

Какой процент голосов собрал бы Навальный на выборах мэра Москвы, не случись этого нелепого суда? Ничтожный. Какой процент голосов наберет Навальный теперь? Значительно превышающий его реальный электоральный вес. Сегодня, вне зависимости от того, доживет ли Навальный до дня голосования на свободе или нет, вне зависимости от того, будут это выборы мэра Москвы или нет, его имя станет аккумулятором протестного голосования. Голосовать будут не столько за Навального, сколько против системы.

Таким образом, вкачав в Навального весь свой страх, система дала ему такие политические ресурсы и влияние, о которых он мог бы только мечтать.

Создав мифического героя из миража, система стимулировала только одно — процесс самораспада.

Евгений СЕМЕНОВ,

политолог.