к
а
л
е
н
д
а
р
ь

Декабрь 2016

Предыдущий месяц       Предыдущий год

Понедельник Вторник Среда Четверг Пятница Суббота Воскресенье
28 29 30 47 1 39 2 11 3 2 4
19 5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
НОВОСТИ
НИЖНЕГО НОВГОРОДА
05:03 Среда, 27 Марта 2013

Интервью в сослагательном наклонении

Интервью с первым генеральным директором «Нижегородской ярмарки» Владимиром Бессарабом.

Владимир Владимирович Бессараб – первый генеральный директор «Нижегородской ярмарки». Осенью 1991 года с небольшим коллективом энтузиастов, помещавшимся в двух номерах гостиницы «Россия», Владимир Бессараб начал работу по возрождению Ярмарки. При нем Ярмарка стала не только местом проведения всех важнейших российских и региональных событий, но и сама инициировала, организовывала и с блеском проводила их. На форумы и выставки «Нижегородской ярмарки» приезжали президенты, премьеры, спикеры верхней и нижней палат России, лидеры думских фракций, известнейшие российские политики и влиятельнейшие бизнесмены. «Нижегородская ярмарка» была в фокусе экономической, политической, культурной жизни России. В 2002 году Владимир Бессараб ушел в отставку. С тех пор многое изменилось, изменилась и Ярмарка. Сегодня мы беседуем с Владимиром Бессарабом о том, что было, что будет… Беседуем о Ярмарке.

Е. Семенов: Владимир Владимирович, нижегородцы помнят то время, когда во время крупных выставок и форумов на Ярмарке яблоку было упасть негде. Сейчас там пустота, затишье. Нижегородцы забыли дорогу на Ярмарку. С чем это связано?

В. Бессараб: Тут много причин. Мне кажется, что сама позиция Ярмарки не определена. Давай вспомним, с чего начиналась Ярмарка. Мы совались во все, куда только можно было сунуться. Мы старались везде продвинуть имя Нижегородской ярмарки. Когда все рушилось, мы созидали. Нижегородская ярмарка была одной из тех структур, создание которых привело к тому, что Нижний Новгород сразу занял особое положение среди других российских городов. А самое главное, что поиск национальной идеи для Нижнего Новгорода в тот период был связан с Ярмаркой. Тогда все занимались Ярмаркой. Хоть и говорят, что Немцов, в бытность свою губернатором только разрушал, он, конечно, разрушитель по своей натуре, но даже он понимал, что необходимо что-то и создавать. Необходима структура, на которую можно было бы опереться.

К примеру, мы делали оружейную выставку. Смешно сейчас говорить, что на этой выставке можно было что-то продать или купить, но сама идея была интересна нижегородцам. Люди могли прийти на Ярмарку и посмотреть на тот же боевой самолет, или танк, которых никогда в жизни так близко не видели.
То есть мы стремились делать то, что ещё никто никогда не делал. Мы жили идеей делать все первыми и в первый раз, и мы понимали, что это полезно для города. Все были заражены этим. К сожалению, этой новизны сегодня не стало. Люди не идут, потому что то, что сегодня показывает Ярмарка, не интересно.

Е. Семенов: Многие эксперты говорят, что «Нижегородскую ярмарку» - некогда очень могущественный бренд - Н. Новгород потерял. В чем, на Ваш взгляд, основные причины?

В. Бессараб: Во-первых, отношение к самому понятию «Ярмарка» изменилось. Ярмарка стала просто территорией. Местом для проведения выставок. Какие-то выставки идут, но они ничего не определяют ни для Родины нашей, ни для Нижнего Новгорода. Ну что такое – 20 лет подряд делать «Серебристый ландыш»?! Его когда-то можно было делать, но не сейчас. Это – первое: программа Ярмарки должна отражать актуальные проблемы страны и даже опережать в чем-то их решение.

Я считаю, что программа Ярмарки должна быть очень мобильной и связанной с изменениями, которые происходят в России. К примеру, несколько лет назад было объявлено о создании нескольких приоритетных национальных проектов. Надо было мгновенно реагировать на слова Президента и делать эти национальные приоритетные проекты выставочными проектами. Тогда была бы поддержка правительства, потому что ему тоже надо искать на периферии своих союзников.

Во-вторых, Ярмарка потеряла свою привлекательность, потому что она перестала опираться на промышленников. Десять-пятнадцать лет назад в разработке программ Ярмарки участвовали все директора крупнейших предприятий и организаций города. Все было основано на том, что директорский корпус с нами. Это позволяло нам выйти на правительство, на министерства. Возникала неразрывная взаимосвязь Ярмарки с реальной экономикой. Поэтому к нам ехали первые лица правительства и государства. А что сейчас? Я недавно разговаривал с В. Цыбаневым, он мне сказал, что предложил пригласить кого-то из правительства на форум «Единая Россия». В ответ ему сказали, что это слишком большая ответственность.

Е. Семенов: Девяностые годы были благоприятными для Ярмарки. Транснациональные корпорации выходили на огромный российский рынок, и Ярмарка была эффективным инструментом освоения этого рынка. Сегодня рынок освоен. В изменившейся экономической ситуации Ярмарка менее востребована или она может найти какое-то новое предложение для экономики страны?

В. Бессараб: Когда все начиналось, на выставочном рынке страны царили монополисты: «Ленэкспо» и «Экспоцентр». Практически только две площадки в стране и были. Потом пришла «Нижегородская ярмарка», и за ней потянулись все города: Ростов, Омск, Пермь – все начали создавать свои выставочные площадки. Потому что во главе выставочных программ стояла цель – создание новых предприятий. Многие нижегородские предприятия малого и среднего бизнеса пошли с ярмарки. Сейчас это возможно, но гораздо сложнее. Потеряны определенные позиции.

Во-вторых, сейчас «Crocus», «Maксима», «Рестек» – они же делают по-другому выставки. Они делают их в связке с крупными иностранными компаниями.

Е. Семенов: Несколько лет назад возникла угроза потери Ярмарки как региональной собственности. Губернатор Валерий Шанцев гордится тем, что удалось удержать «Нижегородскую ярмарку» в региональной собственности. На Ваш взгляд, насколько это верное решение, и нет ли у него альтернатив?

В. Бессараб: Я тоже отстаивал в своё время Ярмарку. Когда Б. Немцов говорил, что Ярмарку надо сделать открытым акционерным обществом, я был против. Мы опасались, что Ярмарку могли просто купить и сделать из неё базар или бизнес-центр. Прошло время, и мы видим, что сегодня все выставочные комплексы – частные. «Ленэкспо», «Экспоцентр», «Crocus» – это всё частные площадки.
Сейчас я думаю, что, может быть, надо было тогда послушать Немцова и «открыть» Ярмарку. «Открыть», но оставить за регионом контрольный пакет акций, чтоб не позволять Ярмарке перепрофилироваться. Сегодня я думаю, что это просто необходимо Ярмарке. Это будет толчок к развитию.

Е. Семенов: То, что представляла Ярмарка в 1990-е годы, вполне удовлетворяло региональным стандартам выставочного бизнеса. Но уже к концу 90-х стало очевидным, что необходимо развитие, Ярмарка задыхается без серьезных инвестиций. Почему сегодня Ярмарка не является объектом инвестиций для регионального правительства и почему инвесторы не проявляют к Ярмарке интереса?

В. Бессараб: Если мы говорим о том, что рывок надо делать, то надо переходить на новую форму. Ярмарку надо «открывать», чтобы пришли инвестиции. Кто же придёт на Ярмарку, если там 80% принадлежит правительству области? Кому интересно инвестировать в нижегородское правительство? Я считаю, что уже опоздали, надо было ещё в мой период переходить к ОАО. Ведь предложения были, но мы были слишком зажаты. Губернатор Шанцев говорит, что сохранил Ярмарку, но если ты сохранил, то занимайся ей.

Е. Семенов: Но ведь у регионального правительства никогда не хватит средств для развития Ярмарки. Да это и не его задача.

В. Бессараб: Продайте половину акций и развивайте Ярмарку.

Е. Семенов: Какие суммы инвестиций необходимы для развития? О каком порядке цифр может идти речь?

В. Бессараб: Инвестиции, конечно, нужны большие, но инвесторы придут, если почувствуют, что они могут что-то решать на этой площадке.

Е.Семенов: А территория, ее же явно недостаточно для развития. Если вести речь о второй очереди выставочного комплекса, то где бы Вы видели «новую Ярмарку»?

В. Бессараб: У нас была стратегия развития. Мы говорили о том, что Ярмарка должна быть там, где сейчас собираются строить стадион. В Ленинграде там вообще определена новая территория за городом. Там будет вторая очередь «Ленэкспо». «Крокус» построил новый комплекс за территорией города, за Московской кольцевой, но там проводятся серьезные мероприятия. Я считаю, что «Крокус» сейчас – это лучшая площадка, наиболее современная.

Е. Семенов: А какой метраж нужен современной «Нижегородской ярмарке», чтобы она вновь стала конкурентоспособной?

В. Бессараб: Если иметь 20 000 метров закрытых площадей, то это уже колоссальные возможности. Я считаю, что минимально для площадки мирового уровня или хотя бы всероссийского уровня 20 000 метров надо.

Е. Семенов: А на местных инвесторов Ярмарка может рассчитывать, при условии, что она станет открытым акционерным обществом?

В. Бессараб: Сейчас она, конечно, не столь привлекательна, как лет 15 назад. Поэтому трудно сказать, что кто-то из местных придёт. Они просто не верят, что на тех площадях, которые они построят, можно сделать современную программу. Да и в России сейчас очень много выставочных площадок. Это не только беда Нижнего Новгорода, это беда всех региональных центров. Инвесторы не приходят, потому что нет развития.

Е.Семенов: Существовало две концепции развития Ярмарки. Первая – развивать ее как выставочный центр, вторая – как мультифункциональный деловой центр. Какая концепция сегодня более выигрышна?

В. Бессараб: Я думаю, что сейчас надо ориентироваться на вторую концепцию. Выставка одна не проходит. Мы когда то пытались это сделать. Тот же форум «Россия Единая» или «Великие реки». Кстати, одна из причин, почему меня выгнали, тоже в этом. Меня обвинили в том, что я хотел «Россию Единую» увезти из Нижнего Новгорода. Я предложил во время празднования тысячелетия Казани сделать форум «Россия Единая» в Казани. Я предлагал делать выставки в разных городах, но мне это поставили в вину, а сейчас все так делают. Тот же «Рестек», он работает во всех городах. Он делает выставки в Сибири. Где Питер, а где Сибирь? А «Рестек» делает выставки и в Сибири! Мы должны были понять, что пока Ярмарка имеет возможности, надо было продолжать укреплять ее авторитет и делать выставки во всех регионах. Даже не выставки, а форумы, но их надо было привязывать к задачам, которые ставит федеральное правительство.

Е.Семенов: Но ведь на Ярмарке поменялась управленческая модель. Если раньше Ярмарка была инициатором всех программ и идей, и там был центр принятия решений, сегодня он переместился в правительство области. Как говорят сами сотрудники Ярмарки, сегодня концепциями занимается отдел в одном из региональных министерств. На Ваш взгляд, для чего это было сделано и насколько это эффективная модель?

В. Бессараб: Мне кажется, что здесь должен быть какой-то баланс. Я бы считал, что эта инициатива должна исходить от самой Ярмарки. Она должна преобладать, изучать рынок, внедрять новые наиболее интересные программы. Конечно, надо тесно работать с региональными министерствами, но надо использовать их для выхода на центральную, российскую арену. Надо тремя-четырьмя выставками выходить на уровень российского мероприятия, а лучше международного.

Е. Семенов: Многим кажется, что нынешняя Ярмарка живет старым багажом. Вы наблюдаете за Ярмаркой? Может быть, что-то новое у нее появилось, и мы не совсем справедливы к Ярмарке?

В. Бессараб: Во-первых, честно скажу, я не очень наблюдаю. Во-вторых, я вижу, что коллектив-то, по крайней мере, руководство, осталось прежним. В конечном итоге, молодых ребят там очень мало. Ярмарка требует не просто обновления площадей, она ещё требует обновления коллектива. Обновления управленческих концепций. Вот тогда Ярмарка станет совершенно другой. Должны прийти новые люди, которые по-другому мыслят. Старый багаж висит таким грузом, что просто мешает. Надо рисковать, надо пытаться сделать что-то совершенно новое.

Е. Семенов: Вопрос не очень корректный, и Вы можете не отвечать на него. Но если бы сейчас Вам пришлось вернуться на Ярмарку, что бы Вы сделали: во-первых, во-вторых, и в-третьих? Поменяли бы Вы те принципы, которыми когда-то руководствовались?

В. Бессараб: Это совершенно теоретическое рассуждение. А практически все уже в прошлом. Первое, что я бы сделал, это, конечно же, набрал бы совершенно новых людей. Сегодня, видимо там всех все устраивает, даже небольшая зарплата. Люди там сидят, делают какую-то мелочевку, неинтересную никому. Ничего не меняется. Я посмотрел программу сегодняшних выставок – все как 20 лет назад, а такого не может быть. Второе: с приходом новых людей пришлось бы менять и программу. Я считаю, что на Ярмарке должен быть создан такой центр из нескольких человек, которые должны предлагать. Мало того, что предлагать, надо ещё изучать рынок. Ситуация действительно изменилась. Сейчас намного сложнее сделать что-то. Кажется, что все охвачено. В то же время мы видим, что в Москве собирают выставки по 30, по 40, по 50 тысяч квадратных метров. Третье: я считаю, что надо работать с правительством.

Е.Семенов: И последний вопрос: как Вы относитесь к идее объединения «Нижегородской ярмарки» с каким-нибудь крупным международным выставочным центром? С «Экспоцентром», Ганноверской, Лейпцигской ярмарками, например? При этом наша Ярмарка будет филиалом (дочкой) известного во всем мире выставочного центра?

В. Бессараб: Я считаю, что это интересно. Если это придает новый импульс, почему нет? Ганноверская ярмарка или Лейпцигская – это уже имя. Это международный бренд такой же, как «Нижегородская Ярмарка».

Е. Семенов: А мы не потеряем в таком случае «Нижегородскую ярмарку»?

В. Бессараб: Я думаю, что нет. Это союз с сильным и богатым. Это хороший союз. А если двое нищих собрались, никто богатым из них не станет.